Родители воспринимают я-сообщения как возможность дать волю своему гневу

Обнаружив, что некоторые родители воспринимают я-сообщения как возможность дать волю своему гневу, я пересмотрел роль гнева в отношениях родителей и детей. Я понял, почему родители обрушивают на детей гневные слова, почему это вредно для детей и как помочь родителям избежать таких вспышек. В отличие от других чувств, гнев почти всегда бывает направлен на другого человека. «Я сержусь» — обычно означает «Я сержусь на тебя» или «Ты меня рассердил». Это настоящее ты-сообщение, замаскированное с помощью местоимения «я». Следовательно, оно воспринимается детьми как ты-со — общение. Я убежден, что гнев генерируется самим родителем уже после того, как схлынули первые эмоции. Гнев возникает как следствие других, первичных чувств. Вот как это происходит: Женщина потеряла сына в универмаге. Ее первое чувство — страх, она боится, что с сыном что-то случилось. Если кто-нибудь спросит, что она чувствует, женщина ответит: «Я испугана до смерти», «Я ужасно переживаю» или «Мне очень страшно». Когда же она наконец находит ребенка, то чувствует, что у нее камень с души свалился. Она говорит про себя: «Слава Богу, он нашелся». Но вслух произносит совсем другие слова. Изображая гнев, она, скорее всего, скажет: «Ах ты гадкий мальчишка!» или «Как я на тебя сердита! Говорили же тебе — не отходи никуда! Надо же быть таким глупым!» Она изображает гнев. Будучи производным, вторичным чувством, гнев почти всегда становится ты-сообщением, которое показывает, что родитель осуждает ребенка, винит его в чем-то.